Отношение трехфункциональной схемы к феодализму

Какова была система социальной таксономии в правовых документах эпохи? Историки отмечают, что пропаганде трехфункциональной схемы средневекового общества соответствовал «своеобразный крах социального словаря во втором десятилетии XI в.».

До кризиса королевской власти в XI веке существовало пять ступеней социальной иерархии, которые соответствовали военной деятельности королей. На самом верху король, пониже - «первые» (primores), князья, графы, под ними - конники, ударный отряд набега, за ними воины (milites) и рабы. Однако эта иерархия не была устойчивой, она характеризовала власть короля в военное время. В мирное время князья и графы уходили из-под опеки короля, возникала другая схема субординации. Как правило, «первый» был собственником огромного участка земли (объект экстенсивной эксплуатации крестьянства). Однако общество жило не за счет производства, а за счет разбоя. В XI веке значительно сократились места для завоеваний и для грабежа, происходило изменение военной функции короля. Суверена стали представлять миротворцем, управляемое им государство «видением мира». В силу логики военизированных сообществ, как только одно из них перестает проводить агрессивную политику, так тут же подвергается агрессии со стороны соседей. Недостаточная централизация власти и ее неспособность защитить своих поданных приводили к повсеместному возникновению замков, строившихся для борьбы с завоевателями. Замки с гарнизонами вооруженных людей оказались обоюдоострым оружием: как только в X веке волна набегов стала реже, они занялись грабежом окрестных деревень. После 1000 года они стали грабить народ, и тем беспрепятственней, что король был больше не в силах обуздывать их лютость и алчность. Замки и их рыцари становятся главной проблемой, которую призвана решить трехфункциональная схема. Хозяин замка является единственным носителем реальной власти, его солдаты, на силу которых он опирается, живут за счет крестьян, высасывая из них все соки, они заставляют производить их все больше и больше.

Слово dominus, которое раньше относилось только к Богу, королю и епископам, теперь применяют для обозначения владетелей замков. Здесь можно отчетливо наблюдать, как разрушение определенного типа власти приводит к девальвации понятий, к изменению принципов социальной классификации. Стремление той или иной социальной группы, лишенной определенного социального статуса, присвоить себе те значения, которыми репрезентируются отношения господства, характеризует трансформирующиеся общества. Например, как только в результате распада Советского Союза социальная таксономия перестала быть предметом жесткого идеологического контроля, различные социальные группы заявили свои претензии на изменение своего социального статуса, требуя новой классификации: «учебные заведения» стали называться «университетами», «школы» - «лицеями», «общественные организации ученых» - «академиями». Перед средневековыми идеологами также встала задача номинации: как исключить рыцарство из системы социальных отношений и в то же время сохранить сеньориальную зависимость? Основой сеньориальных отношений была вооруженная мощь рыцарства. Напряженность между священниками и монахами, с одной стороны, и сирами и рыцарями - с другой, проистекала из-за нерешенного права сбора налогов. Спор за доходы от сеньории привел к углублению раскола правящего класса надвое: по одну сторону - священники и монахи, по другую - сиры и рыцари. Эти две группы неизбежно представали двумя порядками в этическом смысле слова. В качестве козырной карты разыгрывалось третье сословие или класс, который каждый хотел привлечь на свою сторону. Монахи в своей борьбе с рыцарством искали себе союзника, на которого они могли бы опереться, третье действующее лицо. Таким третьим лицом мог стать народ. Чтобы народ мог выступить в качестве устойчивой части трехфункциональной системы общества, он должен получить положительный статус, приобрести ценность в глазах общества. Этот новый статус народа должен был зафиксироваться в слове. Ведь можно, например, назвать крестьянство «смердами», «быдлом», «рабами», а можно «работниками», «землепашцами», «кормильцами».

Как отмечают историки, для обозначения крестьянства был выбран термин agricola - землепашец или rusticus - деревенский житель. Слово laborator (работник) они не приняли. Позже данное понятие стали применять к крестьянской элите. В системе представлений, предложенной франкскими епископами, трех- функциональность служила оправданию сеньориальной эксплуатации. Нужен был рост сельскохозяйственного производства, чтобы его излишки обеспечивали достойную жизнь воинам и священникам. Четыре идеологические модели, столкнувшиеся в 1025 году, порождены переворотом в общественных отношениях. Каждая модель пыталась по-своему преодолеть социальный кризис, предложить обществу не просто новую классификационную схему, но и способ выхода, разрешения социальных противоречий. Необходимо было не только отреагировать на сложившуюся ситуа- цию, но и указать пути выхода из нее. Сходные примеры борьбы за социальную номинацию дает история Великой французской революции. Французский аббат Эммануэль Сийес (1748-1836) выступил со своим памфлетом «Что такое третье сословие?» (1789), написанным накануне революции. Цель его сочинения заключалась в том, чтобы заново пересмотреть сложившиеся в обществе отношения власти. В обществе появилась новая социальная сила, которая не была учтена официальной классификацией. Для того, чтобы занять место в официальной таксономии и тем самым претендовать на власть, необходимо было, прежде всего, доказать социальную ценность лишенной признания социальной группы. В XVIII веке принцип обоснования ценности социальной группы покоился на критерии общественной пользы. Под рукой Сийеса общественная польза сословия гиперболизируется, он стремится представить его в качестве универсального агента социального производства. «Что такое третье сословие?» — ставит вопрос аббат Сийес. И отвечает: «Все. - Чем оно было до сих пор в политическом отношении? - Ничем. - Чем оно желает быть? - Чем-нибудь»31. Поскольку общественная польза воплощается в продуктивной деятельности, которую во всем ее многообразии охватывает третье сословие, то третье сословие представляет собой все общество.

Э. Сийес подразделяет все виды частного труда на четыре разряда: земледельческий, ремесленный, купеческий и так называемый «опосредствованный», к которому он относит деятельность ученых и представителей свободных профессий. Принцип классификации социальных групп, базирующийся на «видах частного труда», обладает особой пропагандистской силой, он выносит за рамки социальной структуры те социальные классы, которые не участвуют в общественно-полезной деятель ности (речь в данном случае идет о дворянстве). Необходимость новой социальной классификации подогревалась острой политической ситуацией, поскольку сословный принцип представительства в Генеральных штатах нуждался в решительном пересмотре. Последовательное проведение принципа классификации по видам частного труда не только приводило к образованию определенных социальных групп, но и содержало в себе некий ценностный масштаб социальной жизни. В результате классификации появлялись не просто группы, равнодушные друг к другу, застывшие в своем самодостаточном существовании, а группы, взаимосвязанные, активно обменивающиеся продуктами деятельности друг с другом. В результате этой деятельности образуется целое общественной жизни, которое, по мнению Сийеса, получает название нации. Это целое («совокупность граждан, живущих общим строем») подчиняется определенным общим законам. Все, что не подчиняется определенным общим законам, не может относится к нации. Сийес определяет нацию как общество людей, живущих под общим законом и представленных законодательным учреждением32. Для идеолога, проводящего классификацию, становится понятным, что, создавая группы, мы тем самым создаем групповой интерес, который может сталкиваться с другим групповым интересом, поэтому идеалом социальной классификации для реформатора эпохи Просвещения, увлеченного идеями свободы и равенства, является отсутствие всякой классификации. Оставить разделение нации на сословия значит отказаться от всякой надежды на улучшение положения, считал аббат Сийес. В подобной ситуации оказались и теоретики марксизма, когда в своем учении о классах и классовой борьбе попытались дать такое объективное описание социальной структуры, которое обосновывало бы ценностные различия между социальными группами.

Если идеи аббата Сийеса были реализованы Французской революцией, то идея трехфункционального строения, предложенная французскими епископами, была отброшена, поскольку была направлена против того нового, что стало появляться в обществен ном устройстве: против рыцарства, реформированного монашества, развивающихся городов. Она была обречена на неудачу, но, тем не менее, в силу своего особого реализма отвечала глубинным течениям Средневековья. Почему трехчленная структура общества, подразделяющая общество на крестьян, воинов и служителей церкви, оказалась направленной против рыцарей и рыцарства? Ведь класс воинов входит в качестве одной из важных частей ее структуры. Однако, по замыслу создателей этой концепции, под классом воинов мыслился не определенный социальный класс, а один единственный человек - король. Поэтому постулат о трехфункциональности оказался направленным против рыцарства, поскольку воинская функция признавалась только в лице bellatores (королей). Однако в качестве laborator, agricultores средневековые идеологи видят только крестьянство. Как утверждает Ж.Дюби, к тому времени в обществе существовало немало купцов, перевозчиков, корабельщиков. Существует целый социальный слой, однако его никто не замечает. Такая ситуация подтверждает наш вывод, что представление о социальной структуре в значительной степени направляется ценностными понятиями, обусловливающими принцип мышления о мире. Трехчастная система социального устройства была направлена против зарождающихся социальных сил и, тем не менее, смыкалась с глубинными движениями, выносившими на поверхность «феодальный уклад». Связь с новым заключалось в земной стороне этой структуры. Костяк трех конкурирующих моделей - построить, организовать социальный мир, исходя из ценностных оснований (например, избежать скверны, идущей от пола и крови), оказался надломленным. Его особенность состояла в том, чтобы вынести за скобки все социальные силы, способные разрушить социальный порядок, внести в него хаос и раздор. Оставшееся за пределами классификации должно быть уничтожено, забыто, в той или иной форме перестать существовать.

Классификация символически отторгает то, что следует отбросить или уничтожить реально. Классификации, конкурирующие с трехчастной моделью мира, пытались упразднить, вынести за скобки иррациональное, чувственную сторону человеческой жизни. Такое вынесение, распространение принципа чистоты на все общество, несмотря на то, что оно отвечало духу времени, было не жизнеспособным, потому что эротическое, сексуальное не может быть устранено из жизни общества посредством запрета, поскольку это, в конечном счете, приведет к самоуничтожению общества. Эротическое, на определенных условиях, должно быть включено в социальную классификацию, его нельзя оставлять вне системы. Необходимо ему указать его место, а не просто исключать из социальной системы, поскольку будучи исключенным оно продолжает существовать и, будучи символически неоформленным, продолжает воздействовать на социальную систему. В основе социальной классификации лежит определенная система ценностей, моральных максим. Создавая систему социальной классификации, французские епископы исходили из теологических, богословских трудов, христианского мировоззрения и связанных с ними представлений о человеке, обществе, его предназначении и социальном устройстве. В основе социальной классификации лежит оппозиция: чистого-нечистого, сакраль- ного-профанного и т.п. Социальную классификацию можно строить на различных принципах. Если средневековые французские епископы источник классообразования и неравенства видели в отношении определенных социальных групп к греху, к плотским механизмам воспроизведения, то марксизм строил свою теорию общества исходя из отношений собственности, а М.Вебер видел в социальной стратификации распределение власти внутри сообщества. Для епископов крестьянство образует социальный класс не в силу того, что обладает определенной формой собственности или занято особым видом деятельности, а потому, что дальше всего отстоит от духовного; постоянная близость к земле делает его жизнь сходной с жизнью животного. Соответственно короли, графы, князья образуют класс благодаря тому, что имеют в своих жилах королевскую кровь, могут достигать святости, должны защищать бедных и их эксплуатировать. Воины как класс занимают среднее положение между знатью и крестьянством, они меньше, чем крестьяне, порабощены плотью и телесным. Их необходимость состоит в том, что земной мир не может обойтись без оружия и кровопролития. Трехфункциональная модель не была принята обществом в силу особого состояния властных структур: слабости королевской власти. Потребовалось более чем полторы сотни лет, чтобы идея трехфункционального строения общества стала разрабатываться вновь. Вторая половина XI века предстает тем временем, когда конкретное устройство общественных отношений больше, чем когда-либо сообразовывалось с монашеской моделью, предполагавшей проект общества, организованного целиком по образцу монастырской общины. В ней род человеческий делился надвое: на монахов и всех остальных. В данной главе мы стремились показать, что представления общества о самом себе не являются калькой существующих общественных отношений, в определенном смысле они сами формируют эти отношения, являются способом образования социального мира. Представление о социальной структуре выражает также ценностные предпочтения общества. Она (структура) предлагает новую концепцию порядка, власти и общества. Она призвана «заклясть» разрушающие общество антагонистические силы, вынести угрозу насилия за пределы общества. Все эти картины мира, все эти социальные структуры, создаваемые в своем воображении социальными мыслителями, являются результатом претензии различных социальных сил на легальное господство. Если в средневековом обществе производитель официальной идеологии заключает в себе непосредственного носителя власти (монах, епископ), то в дальнейшем функцию творца социальной таксономии возьмет на себя профессионал, специалист по созданию систематической картины мира, непосредственно лишенный участия во властных институтах общества. Литература 1 Вебер М. Основные социологические понятия // Вебер М. Избранные произведения. - С. 628. 2 Schutz A. The Phenomenology of Social World. - P. 19. 3 ГадамерХ.-Г. Истина и метод. - С. 14. 4 Шацкий Е. Утопия и традиция. - М.: Прогресс, 1990. - С. 213. 5 ЭлиадеМ. Аспекты мифа. - М.: Инвест-1 ДШ, 1995. - С. 91. 6 КаныгинЮ. Путь ариев. - К.: София, 1996. - С. 187. 7 Элиаде М. Аспекты мифа. - С. 140. 8 Дуглас М. Чистота и опасность. - М.: КАНОН-прес-Ц; Кучково поле, 2000. - С. 97. 9 Там же. - С. 102. 10 Жирар Р. Насилие и священное. - С. 49. 11 ПлаггенборгШ. Революция и культура. - СПб.: Нева, 2000. - С. 303. 12 Уорнер В. Живые и мертвые. - С. 127. 13 Там же. - С. 138. 14 Там же. - С. 241. 15 Ницше Ф. О пользе и вреде истории для жизни // Ницше Ф. Соч.: В 2-х т. - М.: Мысль, 1990. - Т. 1.- С. 162. 16 Там же. - С. 163. 17 Там же. - С. 163. 18 Там же. - С. 164. 19 Там же. - С. 172. 20 Там же. - С. 174. 21 Дуглас М. Чистота и опасность. - С. 88. 22 Там же. 23 Там же. - С. 151. 24 Там же. - С. 154. 25 Там же. - С. 157. 26 Ле Гофф Ж. Замечание о трехчленном обществе, монархической идеологии и экономическом пробуждении в христианстве IX-XII веков // Ле Гофф Ж. Другое Средневековье: Время, труд и культура Запада. - Екатеринбург: Издательство Уральского университета, 2000. - С. 59. 27 Дюби Ж. Трехчастная модель, или Представления средневекового общества о самом себе. - М.: Языки русской культуры, 2000. - С. 24. 28 Там же. - С. 122. 29 Маркс К., Энгельс Ф. Фейербах. Противоположность материалистического и идеалистического воззрений // Маркс К., Энгельс Ф. Избранные произведения: В 3-хт. - М.: Политиздат, 1970. -Т. 1. - С. 26. 30 Дюби Ж. Трехчастная модель, или Представления средневекового общества о самом себе.- С. 133. 31 Сийес аббат. Что такое третье сословие? - СПб.: Голос, 1906. - С. 6. 32 Там же. - С. 10.

<< | >>

↑

Источник: Бурлачук В.. Символ и власть: Роль символических структур в построении картины социального мира. — К.: Институт социологии НАН Украины. — 266 с.. 2002

Еще по теме Отношение трехфункциональной схемы к феодализму: