«Женщина-невидимка» в мировой политике: уроки для России Г.А. Алексеева, М.М. Лебедева

Российский читатель практически не знаком с феминистскими подходами к международным отношениям. Тому несколько причин. Прежде всего, не только в России, но и в других странах феминизм проник в сферу международных исследований позднее, чем в политическую науку, занимающуюся внутренней проблематикой.

Изначально, возникнув как протестное направление в социальной жизни, феминизм был направлен на борьбу за предоставление женщине политических прав, выравнивание ее социально-экономического и социально-политического статуса в государстве по сравнению с мужчиной. Именно на уровне государства женщина получала право избирать и быть избранной, различные социальные пособия и т.п. Причем с точки зрения большинства женщин защита социально-экономического положения была намного более значима, чем перспективы собственно политической карьеры. Очевидно, что международная сфера оказывалась при такой постановке вопроса на периферии и ограничивалась международной солидарностью и взаимной помощью. К п ому ок*дует добавить, что сами международные' отношении и внешняя политика вообще представляют] п )Г)ой одну из наиболее консервативных сфер, поскольку очомидпо, что, какие бы изменения ни происходили на уровне отдельных государств, они не могут сразу выноситься на международный уровень, т.к. под угрозу в таком случае ставится стабильность международной системы в целом. В результате в международных исследованиях описывались люди вообще, под которыми реально подразумевались мужчины. Женщин как бы не существовало. Они оказались «вычеркнутыми» из международно-политичес- кого процесса, а как следствие, оказались и вне научного анализа—некими аполитичными «невидимками», не только не участвующими в международных делах, но и даже не интересующимися ими. Идеология феминизма восходит к XVIII веку, к событиям, связанным с борьбой за независимость в Северной Америке, и женским политическим клубам времен Французской революции.

Как теоретическое направление в политологии феминизм заявил о себе с начала 1960-х гг. Одной из первых классических работ стала книга Бетги Фридан1, в которой она, используя, в частности, опросы своих однокурсниц, показала, что женщина, исключенная из социально-политической жизни и посвятившая себя воспитанию детей и домашнему хозяйству, отнюдь не является удовлетворенной жизнью даже при относительно благополучных социально-экономических условиях. Женщина испытывает фрустрацию в связи с тем, что ее жизнь ограничивается ролью жены и матери. Тем самым были развенчаны мифы, поддерживающие доминирование мужчин. Б.Фри- дан ратовала за расширение образовательных и карьерных возможностей для женщин, считая, что достижение только равного права голоса недостаточно. Работа Б.Фри- дан положила начало теоретическому осмыслению проблемы положения женщины и породила новую (вторую) волну феминизма в мире Феминизм нередко окрашивается в отрицательные эмоциональные тона. И после выхода в свет книги Б.Фри- дан на себе испытала негативные эмоции соседей. В итоге она вынуждена была переехать жить в другое место. По мнению феминистов (мы сознательно употребляем мужской род как собирательный, поскольку в числе сторонников феминизма присутствуют отнюдь не только женщины, но и значительное число мужчин), с момента начала цивилизованного развития женщины находились в подчиненном положении практически во всех обществах. Однако они отнюдь не считают это неизбежным. Социальная и культурная структура общества вполне в состоянии модифицировать и реконструировать биологические и эволюционные тенденции, присущие людям, создать возможности для сдерживания мужской агрессивности и склонности к доминированию. Феминизм стремится свергнуть гендерную иерархию, проявляющуюся в самых разных формах и пронизывающую практически все аспекты жизни всех известных обществ на протяжении всей человеческой истории. В международных исследованиях феминистское направление формируется с конца 1980-х гг. В это же время теория международных отношений испытывает острейший кризис, связанный с тем, что классические теории не могут не только предсказать возможные тенденции развития, но даже объяснить существующие.

Начался так называемый третий «большой спор» по теоретическим проблемам международных отношений: вместе с феминизмом в международную сферу приходят различные направления. Что же произошло в международной сфере в это время, что позволило феминизму прочно закрепить свои позиции в этой области? Энн Тикнер, отвечая на данный вопрос, указывает на изменение самой реальности мировой политики. Прежде всего она отмечает крушение биполярной системы, после чего тематика безопасности перестает быть столь однозначно доминирующей в международных отношениях, как это было в период «холодной войны». Интерес исследователей теперь обращен и к другим проблемам, которые более привычны и понятны женщинам. Это способствовало развитию феминистских исследований. Энн Тикнер пишет, что международные отношения, понимаемые как межгосударственные отношения, отражали периферическое положение женщин во властных структурах, поскольку «в большинстве государств женщины находятся на периферии власти»1. Поэтому она исходит из того, что наиболее адекватным для понимания феминизма является широкий контекст мировой политики, рассматривающей деятельность не только государства, но и других акторов, в том числе и различных движений, международных организаций, транснациональных корпораций и т.д., хотя международные отношения, как она пишет, никогда не ограничивались только межгосударственными. Этот момент представляется особенно важным. Конечно, формально международные отношения никто не ограничивал исключительно межгосударственными, и в истории науки можно найти примеры работ, выходящие за эти рамки. Однако подобные исследования представ- мммм маргинальные направления. И это не случайно. По- литичтсий мир строился в жестких рамках государственно цгнтристской системы, которая и отражалась в науч- MMX исследованиях. Основные положения политической системы мира, нолучиишей название «государственно-центристской», были определены в XVII веке при подписании двух мирных дстнюров в Вестфалии, которые положили конец Трид- цитилетней войне в Европе.

Ключевым элементом этой системы стало государство, а ведущим принципом—идея национального суверенитета, которая была положена в основу международного права. Как любое социальное явление Вестфальская система мира развивалась и изменялась, сохраняя при этом свои важнейшие черты, связанные с государством и национальным (государственным) суверенитетом. Сначала государственно-центристская система получила развитие в Европе, потом стала распространяться на другие континенты. Система с самого начала строилась на патриархальных основаниях. Ее создатели исходили из того, что женщина не принимает участия (по крайней мере непосредственного) в формировании и реализации политики за исключением тех случаев, когда она оказывается на престоле (как, например, Екатерина II, ставшая российской императрицей через 14 лет после подписания Вестфальского мира) или возникают чрезвычайные обстоятельства. Примером последнего может служить деятельность Жанны д’Арк, возглавившей борьбу Франции в Столетней войне, предшествующей подписанию мира в Вестфалии. Апогея своего развития Вестфальская политическая система достигла во второй половине XX в., когда рухнула колониальная система и весь мир оказался построенным из национальных государств. Одновременно с достижением наивысшей точки своего развития Вестфаль- екни система мира подвергается существенным структурным изменениям. В мировой политике на арену выходят MIIO, межправительственные организации, различного рода движения, ТНК, внутригосударственные регионы и т.п. Они действовали и ранее, но масштабы их деятель- I юсти, а также вклад в мировую политику становятся принципиально иными: наряду с государствами они начинают определять политическое развитие мира. Женские движения, направившие свою борьбу на устранение гендерного неравенства, стали одним из таких акторов. Их деятельность все чаще приводит к конкретным результатам. Однако не только эти движения, но и другие акторы мировой политики включились в борьбу за права женщин. Прежде всего здесь следует назвать ООН, которая на протяжении длительного периода разрабатывала различные программы, направленные на выравнивание статуса женщин.

По данным ООН, женщины выполняют Уз оплачиваемой работы и 2/з неоплачиваемой, при этом получают только 10% глобального дохода и владеют 1% глобальной собственности. Они вместе с детьми составляют 80% беженцев из зон конфликтов, более 50% неграмотных, но в то же время почти исключены из правящей политической элиты, составляя в ней всего 5% на уровне глав государств и руководителей министерств. 1975 г. был объявлен ООН Международным годом женщины. В этом же году в Мехико прошла Первая Всемирная конференция по положению женщин. Ее результатом стало принятие Всемирного плана действий, направленного на то, чтобы привлечь внимание к положению женщин, а предстоящие десять лет по требованию участников стали десятилетием, за время которого были проведены еще две конференции (1980 г. в Копенгагене и 1985 г. в Найроби). На четвертой конференции в Пекине и 1995 г. было признано необходимым не просто изменить I юложение женщины, но и провести структурные измене- иин и обществе, основанные на гендерных отношениях. Важно, что на последних двух конференциях в них нмряду с представителями государств и ООН участвовали также члены НПО. Тем самым при решении проблем женщин стала реализовываться идея многосторонней и многоуровневой дипломатии, когда наряду с государствами в выработке и реализации решений участвуют и другие акторы—НПО, бизнес. В последние годы механизмы мно- туровневой дипломатии стали использоваться все интенсивнее в различных сферах, в том числе при решении проблем экологии, научно-технического развития и др. Идея множественности акторов и изменения политической системы мира разрабатывается прежде всего в рамках неолиберальной традиции исследования международных отношений. Именно поэтому феминистское направление в международных исследованиях порой рассматривается как часть неолиберализма. Но большинство феминистов, занимающихся изучением международных отношений, как отмечает Э.Тикнер, ссылаясь на работу Кристины Силвестер, возражает против такой ассоциации, полагая, что это «приводит к снижению их авторитета, и, вероятно, может снизить еще более возможность их серьезного восприятия»1.

В большей степени они относят себя к другим критическим подходам, чем к традиционным направлениям в международных исследованиях, таким, как (нео)реализм и (нео)либерализм2. Не будем останавливаться подробно на вопросах «са- моидентификациеи» феминизма, тем более что Э.Тикнер анализирует их. Сейчас существенно подчеркнуть другое: благодаря феминизму в международных исследованиях появляется новая важнейшая категория — гендер. Как следствие, многие проблемы стали раскрываться по-ино- му, получили иной ракурс и звучание; например, вопросы демократизации, столь важные для российского общества. Традиционно демократизация рассматривается через установление и развитие соответствующих институтов. Женщины, составляющие половину населения, значительно меньше включены в формальные политические институты, поскольку заняты домашним хозяйством и детьми. «Акцент на государственные институты в работах ученых, занимающихся проблемами демократизации, — замечает Э.Тикнер, — может игнорировать участие в политике женщин, находящихся вне формальных политических каналов.»1 Если продолжить эту мысль, то возникает вопрос, возможен ли успех демократии в той или иной стране, с одной стороны, без включения в формальные институты женщин (т.е. половины населения), с другой — достаточны ли формальные институты для развития и становления демократии, или необходимы еще неформальные, в частности и те, в которые вовлечены женщины? Феминизм обогатил международные отношения новой постановкой вопросов, позволил увидеть международную реальность под другим углом зрения, более многогранно. Он задал неожиданные вопросы, на которые ранее просто не обращали внимания. Феминисты показали, что эту реальность, этот ракурс можно, конечно, игнорировать при принятии политических решений, но тогда не стоит удивляться, что нередко те или иные внешнеполитические действия оказываются неудачными, а задуманные планы проваливаются. Феминизм как научное направление — междисцип- мииирен. Энн Тикнер пишет, феминистские теории «черни ют как из социальных и естественных наук, так и из гуманитарных наук и философии. Они включают великое множество гносеологических и методологических подходом». Международные исследования также междисципли- нлрны. Изначально они включали в себя исторические, экономические, политологические знания и подходы. Феминизм обогатил междисциплинарность международных исследований, привлекая данные не очень «привычных» для них наук, в том числе педагогики, биологии, медицины, герменевтики. В теоретическом плане феминизм, как и другие постпозитивистские направления, предлагает бблыпую вариативность, показывая ограниченность признанных теоретических подходов. Феминизм предлагает и свою методологическую базу, свою исследовательскую программу. Об этом пишет Э.Тикнер. Несмотря на то что феминисты говорят о маргинальное™ своего положения, феминизм стал значимым научным направлением в мировой политике, о чем свидетельствует, в частности, тот факт, что в США во многих университетах читаются курсы по проблемам феминизма, в том числе в международных отношениях и мировой политике. В России нет ничего подобного. Лишь в последние годы в учебниках по теории международных отношений, мировой политике, политической теории стали появляться небольшие разделы по феминизму. Нельзя сказать, что Россия в этом плане составляет исключение в мире. В то же время в России имеются, с одной стороны, довольно специфический практический опыт, с другой — научные традиции, которые не только хорошо согласуются с феминистским направлением, но, как представляется, могли бы внести вклад в его развитие. Революция 1917 г. в России проходила под девизами устранении социальных неравенств, в том числе и освобождения женщины. Работа Ф.Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», в которой угнетение женщины рассматривалось как наиболее древняя форма угнетения, явилась отправной точкой в понимании роли женщины в обществе. В первые после революции годы женщины активно стали вовлекаться в общественно-политическую жизнь, получили доступ к образованию, медицинскому обслуживанию и т.д. В международной сфере своеобразным прорывом было назначение женщины послом. Первым в мире женщиной-послом стала А.М.Коллонтай. В дальнейшем риторика о равноправии женщин сохранилась и, возможно, даже усилилась. Но при этом подчеркивалась также роль женщины как хозяйки, матери. Несмотря на то что женщины в Советском Союзе действительно имели доступ к высшему образованию и получали его, в профессиональной деятельности они отстранялись от руководящих постов и принятия политических решений. При этом изначально мужчины в большей степени ориентировались на технические специальности, а женщины на те, что легче совмещать с домашним хозяйством.2 Дж. Рихтер, проводя сравнительной анализ гендерной идеологии в СССР и США периода «холодной войны», приходит к выводу, что «так же, как правительство и пресса в США, советский режим старался отвлечь женщин от их собственных тягостей, преподнося негативные стереотипы о положении женщины в капиталистическом мире»3. Но in юшнеполитической сфере после А.М.Коллонтай в СССР /М> конца 1980-х гг. не только не было женщин-послов, но женщины вообще фактически не принимались на дипло- мптическую работу. Иными словами, в СССР в сфере гендерных отношений, как и в других областях (этнических, трудовых отношений и т.п.), формировались, развивались и подцержи- ши ись различного рода имитационные и манипуляционные модели и технологии, предназначенные для сглаживания проблем, их замалчивания, приукрашивания реальной ситуации. Это позволило на какой-то период отложить решение вопросов. Однако отсутствие в системе социальных отношений, в том числе и гендерных, механизмов диалога, их подмена попытками «загнать проблемы внутрь» пели к обострению противоречий, что в итоге и вылилось но «внезапный развал СССР». Вместе с тем в отечественной науке имеется богатый потенциал, ориентированный на идеи диалога, на взаимное развитие сторон через диалог. Достаточно вспомнить, нлпример, традиции, намеченные работами М.Бахтина. Анализируя творчество Ф.Достоевского, он создает теорию диалога. Ее суть заключается в том, что диалог является пяжнейшей категорией, пронизывающей все человеческие отношения. М.Бахтин пишет: «Утвердить чужое «я» 11C как объект, а как другой субъект—таков принцип мировоззрения Достоевского»4. Творчество М.Бахтина мало известно исследователям, которые занимаются социальными науками. Вместе с тем, его идеи во многом перекликаются с положениями, содержащимися в трудах французских постмодернистов, таких как Ж.Деррида, М.Фу&о, ЖЛакан, которые близки 1, h t феминистскому направлению в международных исследованиях. Анализ теории диалога М.Бахтина применительно к мировой политике (возможность и необходимость диалогов как между акторами, так и внутри них) и в том числе к гендерным отношениям на мировой арене требует отдельных исследований. В данном случае отметим лишь, что, во-первых, отечественные исследования могли бы внести существенный вклад и открыть новые направления в гендерные исследования мировой политики. Во-вторых, проблема воздействия на мировой арене сегодня как никогда актуальна. Обсуждаются разные варианты от военного удара до идей Дж. Ная о гибкой силе5. Основываясь на работах М.Бахтина, можно сделать предположение о том, что любое воздействие, которое подразумевает отношение к другому как к объекту, а значит, и применение технологий манипулирования и имитаций малоэффективно, или имеет ограниченную во времени эффективность. Принципиально иной тип воздействия и взаимоотношений строится на диалоге, подразумевающем взаимовоздействие и взаимоизменение. Перестройка гендерных отношений в мировой политике на принципах диалога, возможно, станет новым направлением практического решения гендерных проблем. Возвращаясь к работе Энн Тикнер, заметим, что для ее понимания значимы биографические моменты, которые содержатся в ряде публикаций6. Приход Э.Тикнер в международные исследования, по всей видимости, не случаен. Она родилась в Великобритании, выросла в Лондо не, где получила степень бакалавра истории. В США Энн приехала с отцом-дипломатом, который направляется туда для работы в ООН. Выбор будущей профессии связывался с международными отношениями, и Э.Тикнер в начале 1960-х поступает в Йельский университет на соответствующую программу. Одним из первых ее впечатлений было то, что на курсе оказалось всего три девушки. В1961 г. Э.Тикнер выходит замуж за своего однокурсника Хейуорда Алкера, ставшего впоследствии одним из наиболее известных американских исследователей в области международных отношений и мировой политики. Дальнейшая судьба Э.Тикнер была типична для женщин ее поколения. Семья, три дочери, дом в Бруклине и загородный дом, где семья проводила лето. Никаких карьерных планов у нее долгое время не было. Лишь спустя более 10 лет она поступила в аспирантуру университета Врандайз по политическим наукам, где ее научным руководителем становится Роберт Кохэйн. И здесь Тикнер столкнулась со всеми проявлениями гендерного неравенства, с которыми обычно сталкиваются и другие женщины-ученые, причем отнюдь не только в США. Она вспоминает, что когда вернулась в университет, то многие говорили ей, как это замечательно, что она решила продолжить свое образование — теперь она сможет помогать мужу в его научной работе! Э.Тикнер успешно защитила диссертацию в середине 1980-х гг. и на ее основе в 1987 г. опубликовала свою первую книгу «Опора на собственные силы против политики власти: Опыт США и Индии в построении национального государства»7, в которой проявился первый ее ответ на призыв феминистов. Год спустя в статье, посвященной анализу работ Г.Моргентау, феминистская направленность исследований Э.Тикнер звучит уже совершенно открыто8. В1992 г. выходит в свет ее книга «Гендер в международных отношениях», в которой она отчетливо показывает, что женщины составляют гендерную группу, обычно ускользающую из поля зрения конвенциональных теорий международных отношений, в которых доминируют мужчины и их интересы. При этом именно женщины довольно часто оказываются жертвами угроз, возникающих, когда мужские интересы представляются в качестве общечеловеческих. Сейчас вместе с Хейуордом Алкером Энн Тикнер преподает в Университете Южной Калифорнии (Лос-Андже- лес) и является президентом Американской ассоциации международных исследований. В своем президентском послании на 47-м Конвенте Американской ассоциации международных исследований в марте 2006 г. Энн Тикнер обращает внимание на необходимость не только констатации происходящего в современном мире, но и ответственности за это ученых-международников. В 1980-е гг. Энн Тикнер вместе с мужем приезжает в Московский государственный институт международных отношений в рамках существовавших научных контактов, где она впервые выступает перед отечественными специалистами (в основном это были научные сотрудники Проблемной научно-исследовательской лаборатории МГИМО, возглавляемой в то время И.Г.Тюлиным) с изложением основных положений феминизма в области международных отношений. Наверное, было бы преувеличением считать, что с тех пор феминистское направление в международных исследованиях стало развиваться и в России. Скорее идеи Э.Тикнер были восприняты скептически. Бурное развитие событий в 1990-х—распад СССР, развитие этнических конфликтов, процессы глобализации и т.д.—переключило внимание российских исследователей на совершенно новые области. В теоретическом плане в 1990-е годы в России укреплялась геополитика, представляющая собой один из наиболее мускулинных подходов изучения международных отношений. Получил развитие или даже второе рождение реализм9. Места для иных точек зрения, иного видения мира становилось все меньше. Поэтому появление на русском языке книги Энн Тикнер не только актуально, но и, пожалуй, просто жизненно необходимо. И последнее. Большой труд по переводу книги Энн Тикнер взял на себя Межвузовский центр гуманитарного образования по политологии, политической культуре и мировой политике при Ивановском государственном университете. В этом видится некоторая закономерность и позитивная тенденция развития международных исследований в России. Если ранее изучение международных отношений и мировой политики было сосредоточено в Москве, то теперь российские регионы активно включились в этот процесс, причем, что особенно радует, с учетом других направлений социально-политических исследований, которые ранее сформировались в регионах. Так, гендерные исследования (хотя и не применительно к международным отношениям) еще в 1990-е гг. стали визитной карточкой Ивановского государственного университета в отечественной науке. Конечно, можно сделать немало замечаний к самому переводу. Однако переводчики (а это были студенты) столкнулись с объективными трудностями. В отечественном научном дискурсе по международным отношениям гендерной проблематики просто не существует, хотя образовательные стандарты по специальности и направлению «Международные отношения» предполагают ее рассмотрение. И проблема не столько в том, что нет соответствующей терминологии (кстати, понятие «гендер» вошло в русский язык относительно недавно и порой путается с другим более привычным, хотя тоже нерусским словом «секс»), а скорее в отсутствии видения данной проблематики как таковой. Отсюда и сложности в передаче на русском языке той реальности, о которой пишет Э.Тикнер. Именно поэтому, понимая все недочеты перевода, мы сочли полезным опубликовать книгу. Надеемся, что благодаря данной книге гендерный взгляд на мировую политику и международные отношения получит развитие в России, а значит, будущие публикации, в том числе и переводной литературы, с точки зрения русского языка будут значительно лучше. Любопытно, что первые результаты появления интереса в России к гендерным вопросам в области мировой политики и международных отношений мы уже получили благодаря книге Э.Тикнер. Несколько студентов, которые занимались переводом, увидели в этой области свое профессиональное будущее. Хочется пожелать им успеха. :)мме, Максуэллу и Розе посвящаю

| >>

↑

Источник: Тикнер, Дж. Энн.. Мировая политика с гендерных позиций. Проблемы и подходы эпохи, наступившей после «холодной войны». 2006

Еще по теме «Женщина-невидимка» в мировой политике: уроки для России Г.А. Алексеева, М.М. Лебедева: